Вместо эпиграфа:
- И опять никто не хочет играть простых мирных жителей!
© Алви о совершенно другой игре

- Так-так-так... Ну что ж мне с тобой делать, Йон-кузнец? Ой, не люблю я вас, кузнецов... а тебя мне жаль - с такими друзьями врагов не нужно... Иди-ка ты, Йон-кузнец, в Страну Дальнюю. Вот что при тебе есть - с тем и иди. А память твоя... хммм... увидишь Катлу - вспомнишь. Только где ж тебе её увидеть?..

Меня зовут Йон, и я - кузнец. Так меня и называют - Йон-кузнец, хотя здесь, на острове Зелёных Лугов, я не сковал ещё ни одного предмета. Иногда я сам уже не уверен в том, что помнят мои руки, но стоит закрыть глаза - и я вижу свой горн, и наковальню, и мерно ходит тяжёлый молот в моих руках... только где была та кузня, кто раздувал мехи, что ждало меня снаружи? Не помню.
Я очнулся на краю прибоя несколько недель назад, одетый вот как сейчас, с ножом за голенищем, сумкой кованых безделок на поясе и полным отсутствием воспоминаний о том, как я там оказался и что со мной было до того.
Добрые люди подобрали меня, расспросили, накормили и предложили поселиться рядом с ними. Спокойная и красивая какой-то задумчивой лесной красотой Магда, домоправительница королевского замка, рассказала, что они как раз остались без кузнеца - тот ушёл к рыцарю Като.
- К рыцарю Като? Кто это?
- Это чёрный рыцарь из страны Чужедальней. Он уводит людей и вкладывает им в грудь камни вместо сердец... не дай тебе жизнь услышать, как плачут чёрные птицы над чёрным замком чёрного рыцаря Като!
Тревожно мне стало, как будто потемнело на миг безоблачное небо над островом Зелёных Лугов. Как мог мастер-кузнец добровольно уйти на службу к такому человеку? А не служил ли кому я сам? Не помню.
- А инструмент его? Кузня? Мне бы хоть молот справить, я как голый...
- Он унёс всё с собой, в кузне пусто.

Меня зовут Йон, и я - кузнец без инструмента. Как без рук. И справить пока не из чего. Помогаю где придётся: что-то вскопать, что-то посадить, что-то отнести. На побережье неспокойно, иногда увязываюсь за воинами в дозор. И силушкой жизнь не обидела, и глаза приметливые, вдруг угляжу что вперёд других? А оружия мне (покамест?) не доверяют, хожу с засапожником.
Недавно рыцари привезли раненого мальчика - он был в плену у рыцаря Като и сбежал. Что ж здесь творится такое, что взрослые с детьми воюют? А было ли иначе там, откуда я родом? Не помню. Но знаю, что не должно так быть.

А сегодня с утра Магда позвала меня с ними на Ярмарку, в дальний Город на другом Берегу. Справки навести, инструмент купить, благо, на продажу у меня изрядно безделиц при себе - зеркальца в кованой оправе, колечки всякие.
Людей в Городе больше, чем я за всё время на Острове видел, всё бурлит, кипит, говор, гам... а я присел у обочины - и кошку глажу.
- Красивая киса, красивая...
- Мрррр...
- Эх, а не было ли у меня кошки раньше? Не помню... Понимаешь, киса, ничего не помню...
- Мрррр?
- Хорошие вы создания, кошки. Вот так погладишь, почешешь за ухом - и будто тебя самого по голове погладили и сказали, что всё будет хорошо.
- Мрррр!
- Эй, дядь, помоги лодку столкнуть!
Не то мальчишка, не то девчонка - хотя нет, скорее девчонка - стаскивает к берегу плоскодонку. Подхватился, примерился, толкнул. И - почти вслед:
- А куда плывёшь-то?
- На Сальткроку!
- Что это?
- Остров. Хочешь, давай со мной, покажу!
Оглядываюсь на толпу - где там Магда и остальные? Не видно. Будут ли меня искать?
- А обратно я сумею вернуться?
- Да без проблем, тут всё время кто-то плавает!
Простите, добрые люди. Я постараюсь вернуться побыстрее. Просто тянет что-то - а вдруг, вдруг там, за поворотом я обрету всё, что потерял? И страшно узнать, что терять было нечего, что не было ничего у меня раньше, а смутные вспоминания - лишь сны.

Меня зовут Йон, и я - кузнец. Я повторяю это, как будто боюсь забыть ещё и это. А здесь, на острове Сальткрока, меня никто и не спрашивает, кто я такой. Странно одетые люди без удивления скользят по мне взглядом, иногда улыбаясь на приветствие. И вдруг...
- Йон!
По тропинке навстречу мне мчится со всех ног невысокая темноглазая девушка.
- Йон, ты жив!
Не совсем уверенный, что она не путает меня с кем-то, осторожно киваю:
- Ну... да.
- Ты же Йон?! Кузнец?! Ты что, не помнишь меня? Я Марта, Марта Куница!
И тут - как обухом по голове - я понимаю, о чём идёт речь:
- Ты знаешь меня? Правда? Скажи же, откуда я? Кто я? Что там происходит? Что произошло со мной?
Девушка меняется в лице:
- Так значит, это правда, что тебя убили... только после смерти люди вот так... - но тут она осекается и продолжает взахлёб: - Ты - Йон-кузнец из Терновой долины, у тебя хутор на два дома, а я твоя соседка, Марта, почтальон, и... и... и у тебя дочь замуж вышла!
- У меня есть дочь?!
Я как будто не в силах принять все новости разом - вот и переспрашиваю, как тугоухий.
- И дочь, и сын, и жена! Все глаза выплакала уже. Хочешь, отведу? Йон, ну скажи, хочешь?
Жена... сын... дочь... такая большая, что уже вышла замуж... Терновая долина... Всё это ничего не говорит ни памяти моей, ни сердцу. Но человеку нельзя носиться, словно соломинке по воде, у человека должен быть дом, а на острове Зелёных Лугов я ещё надолго останусь чужаком, подозрительным пришельцем. А где-то у меня (у меня ли?) есть хутор на два дома. И, наверное, кузня... Не помню.
- Хочу. Отведи меня туда, где мой дом, Марта Куница.
Кем бы ты ни была.

Долгий путь начался снова с Ярмарки, где я отыскал Магду, рассказал, что встретил человека из своего прошлого, что отправляюсь к... к семье. Зеркальце ей подарил - она красавица, ей в радость будет. Легко отпустили меня люди с острова Зелёных Лугов, как легко и приняли.
И замелькали мимо города и деревни, леса, реки, горные тропы, лесные дороги, тёмные стены на горизонте...
Карманьяка.
Незнакомое слово, похожее на карканье воронов.
Страна врагов - как сказала Марта. Мы пойдём невидимками, мы разведаем их планы, сказала Марта, и мир словно подёрнулся прозрачным туманом.
Невидимыми мы шли к воротам королевского замка Карманьяки.
А потом затрубили рога, опустился мост...
И я увидел Катлу.
И вспомнил. Вспомнил всё.

Продолжение следует...