Ты очень бы хотел быть подлецом,
Но не успел - а так и вправду проще.
Прекраснодушным достаётся площадь
И эшафот на ней - в конце концов,

И шутовское рубище до пят
(Толпа послушно и незло хохочет
И, словно море, колыхает площадь),
И ты - последний выживший солдат

Чужой земли, сожжённой накануне.
И оправданья нет, что обманули -
Ты доброволец, партизан, герой...

Но так легко в охотку лезть под пули,
Когда таких вас - целый пеший строй.
А тут - толпа. И площадь. Бог с тобой,

Представь, что ты - в почётном карауле,
И вытянись во фрунт - перед петлёй.