Suboshi, Ой! А можно я не буду вычленять звуки, м?
В какой-то момент вдруг замираешь, понимая, что пейзаж перед тобой как на картинке – открытое пространство, дорога в никуда, распахнутое окно. Звуки на грани сознания – они есть, но приглушены, потому что ты не - совсем - здесь. Только дыхание мира вокруг, ветер в ушах. И странная мелодия, которую никогда не получается не то записать, даже просто пропеть – стук сердца вплетенный в музыку движения. Понимаешь, что уже бежишь, но все равно не успеешь. И это даже как-то правильно.
А потом звуки возвращаются, постепенно, как кусочки калейдоскопа – чужим смехом, перезвоном, разговорами. Солнечным зайчиком. И ты раскрываешься, запрокидываешь голову, ловишь шум города. И мир будто стеклянный, дрожит- звенит просто от дыхания и почему-то пахнет корицей.
Открываешь глаза, так широко, как только можно, ловя искры этого света – самого яркого, отлитого в янтаре. Тяжелого, вязкого тепла, какое бывает от меда, добавленного в глинтвейн. А мир шелестит листьями – на деревьях, под ногами, перекрашивая весь мир в один цвет. А в ушах снова музыка, тоже густая и пряная, как танго на пластинке старого патефона. И ты здесь – и - сейчас и это тепло и свет – даже более настоящие, чем самые летние. Потому что до зимы меньше одного шага.

Перечитала. Жжжжуть! Чтоб я еще стихи прозой пересказывала.